14 июля примерно в 7:20 утра я внезапно проснулся от шума приближающегося поезда. Несколько секунд я еще пытался оценить защитные функции своего нейлонового спальника, думая что все обойдется. А когда очнулся окончательно, стал судорожно расстегивать молнию: дело в том, что палатка стояла прямо на рельсах.

Уже давно прошли те времена, когда я пытался каким-то образом заигрывать со своими снами, пытаться в них осознать себя, или хотеть чтобы, напротив, меня что-нибудь там осознало. Все меньше времени для сна - все больше желания спать без снов. И вот настал момент, когда даже редкие сны стали досадным недоразумением - они отвлекают от сна. Но сны и бывают не часто, раз в месяц, еще реже. Какие-то вялые фрейдистские образования, генерируемые подсознанием для слабых компенсаторных эффектов.

И вот тут, вдруг, возникло новое интересное явление, сны стали посредством меня обмениваться информацией, как в том анекдоте про "здравствуйте, я Вася - мне никто не звонил?"

Когда электричка прошла, я заснул снова. Я стоял напротив окошка, проделанного в большом листе стекла, где с моей стороны были приклеены зеркальные буквы разных цветов. Человек протягивал мне пятитысячную купюру, которую я взял, после чего вытащил из пружинного податчика пачку сигарет. Считать в уме было лень, и я мысленно пожелал человеку доброго пути, подумав, что во сне, вопрос со сдачей мог бы и решиться как-нибудь сам собой.

В последующие месяцы тоже было как-то скудно. Ничего почти не помню, обрывки каких-то снов, лишь отдельные моменты... ну не знаю, стыдно, даже признаваться: как я, например, звоню на прямую линию кошачьего президента и задаю вопрос про монооксид дигидрогена.

А сегодня, представьте, он пришел за сдачей. Т.е. практически полгода копил обиду чувак. Хотя, конечно, точно и не скажешь, сколько у него там прошло.

Когда лежишь вот так в палатке неподалеку от железной дороги, то любую электричку идущую из Орехово в Лемболово или обратно воспринимаешь как угрозу своему существованию. Даже если давно не спишь. Даже если между палаткой и железнодорожным полотном находится какое-нибудь озеро, например Верхолино. Никакого этому рационального объяснения я не вижу, поэтому каждый раз расстегиваю спальник и, когда до столкновения остается секунд 10-20 выпрыгиваю наружу.

Разумеется, никакой сдачи я ему не дал.